Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Наверх
8 декабря 2012, 7 ДнейстатьяИнтервью

Джерард Батлер: «Я куролесил так, что чудом выжил»

Жизнь одного из самых востребованных актеров Голливуда в последнее время была полна неприятностей: он едва не погиб на съемках фильма, а вскоре оказался в клинике, где лечат от различного рода зависимостей...

Джерард Батлер | Источник: Alloverpress

— Джерард, история о том, как вы едва не погибли на съемках картины «Покорители волн», чуть не стала иллюстрацией к основной идее этой картины о знаменитых серфингистах и их короткой, но яркой жизни...

— Да, меня накрыла огромная волна, и должен сказать, оказаться полностью во власти океана — не самое приятное ощущение. Когда меня тащило на дно с огромными камнями, я был в полном сознании, думал: «Ого, кажется, я попал в большую беду». В какой-то момент хотелось крикнуть: «Мамочка! Спасите! Помогите!», но я понял, что если только попытаюсь — пропаду в ту же секунду. Самое обидное, что это был последний день съемок в океане. После того как меня вытащили ребята из спасательного патруля, я находился, видимо, в шоке. Минут тридцать, пока везли в больницу, я требовал, чтобы меня отпустили назад, в океан. Ни за что не хотел оставаться в клинике, рвался на съемки. Но на следующий день шок окончательно прошел, и мне не хотелось обратно в волны. (Смеется.) Я даже удивился, насколько было не по себе и как сильно этот инцидент меня потряс, прямо до глубины души, на каком-то внутреннем уровне…

— Что привлекательного в серфинге, почему многие так сходят от него с ума?

— Когда ты там, на волне — просто «сидишь» на ней или катаешься, — испытываешь удивительное умиротворение, словно медитируешь. А уж когда поймаешь свою волну и вскочишь на нее — черт, с этим ощущением, поверьте, ничто не может сравниться. Один на один с природой, и ты — редкий случай — способен ее обуздать. Невероятный опыт. К тому же дохляку там не место, нужно быть атлетом, чтобы бросить океану вызов. Во время съемок мне каждый день приходилось учиться. А я это очень люблю. Если все гладко проходит и не нужно напрягаться, мне становится скучно и неинтересно. Кстати, занятия серфингом, в отличие от других видов спорта, денег почти не приносят.

— И вам совсем не страшно было — вы ведь до этого серфингом не занимались?

— Страх для меня едва ли не главный стимул в жизни. Если знаю, что придется разбиться в лепешку, только тогда настоящий драйв и энтузиазм и появляются. Знал, что буду рисковать, что вода жутко холодная там, в Санта-Крусе, где мы снимали. Это место под Сан-Франциско — одно из самых любимых у серфингистов, потому что волны бывают гигантские. Я давно мечтал научиться кататься на доске. Еще в 17 лет приезжал из своей шотландской деревни в гости к кузенам в Калифорнию, и раза три меня пытались поставить на серф. Помню, я очень стыдился и комплексовал. Да, не суждено было. До поры. Зато я научился летать на вертолете и очень полюбил это занятие. Как-то раз летел в аэропорт Санта-Моники вдоль побережья, погода была отличная, и вся полоса прибоя была усеяна серфингистами. Думаю, вот здорово, какие молодцы эти ребята, надо все-таки обзавестись небольшим жилищем в Малибу и освоить серф. А то как-то унизительно жить в Калифорнии и не уметь стоять на доске. И тут как раз мне предложили эту роль. Я согласился. И немедленно размечтался: эх, думал, погоняю за самыми крутыми волнами в мире — считается, что они в этих местах какие-то особые, неуловимые, резкие, и поймать такую волну, оседлать ее — дело чести для любого уважающего себя профессионала! Короче говоря, поселился я на берегу и стал учиться серфингу. Все получалось довольно легко, я все-таки неплохо подготовлен физически. Но кто-то сверху, видимо, решил немного поумерить мое самомнение и дал мне по голове. Очень вовремя, надо признать. (Смеется.)

— Неприятное происшествие на съемках способствовало тому, что вы решили отправиться на лечение в знаменитую реабилитационную клинику «Центр Бетти Форд»?

— Вовсе нет. Почему-то, когда люди слышат слово «реабилитационная клиника», первое, что им приходит на ум, — лечение от алкогольной зависимости. И, конечно, все сразу представляют себе человека, полностью никчемного, безнадежно пропавшего для общества. Меня эти разговоры и слухи просто вывели из себя. Я не пью уже 15 лет. Ни глотка. Не курю давно. И наркотиками не балуюсь. Хватило мне пьянок и гулянок в молодости. Куролесил так, что чудом жив остался. Причина была другая: еще во время съемок фильма «300 спартанцев» я сильно травмировался и с тех пор принимал обезболивающие препараты. Возможно, более сильному человеку и не понадобилось бы обращаться к специалистам и ложиться в такую клинику. Я старался как можно меньше принимать этих препаратов, бороться с болью иными способами, с помощью разума. Но не очень получалось. Вот и обратился в клинику. Там меня учили, как не думать о боли, перестать беспокоиться — я человек мнительный… Здорово они там работают, ничего не скажешь. Избавляют тебя от кучи всего, скажем так, дурацкого, помогают осознать много чего нового, полезного, и на выходе у тебя появляется план — как жить дальше. Я очень рад, что решился. В своей жизни сделал немало ошибок, но вот эта история явно к ним не относится.

Джерард Батлер на съемках фильма «Покорители волн» | Источник: 7 Дней

— А свое давнее решение отказаться от карьеры успешного адвоката и стать актером тоже ошибкой не считаете?

— Я-то нет, а вот мама моя тогда чуть с ума не сошла. Не знала, что делать. Но в конце концов справилась со своими эмоциями... Я до сих пор храню письмо, которое она мне прислала в Лондон. Знаю, как тяжело ей было его писать. «Я не могу осуждать то, что делает тебя счастливым...» У нас всегда были сложные отношения — я сводил ее с ума, она меня сводила, но, если бы не мама, я все равно не стал бы тем, кем стал. А что касается отца — да, долгое время его отсутствие и то, что он ушел навсегда (мама не скрывала этого), когда я был еще совсем маленьким, меня сильно мучило. Терзало страшно. Лет в шестнадцать даже пригрезилось, что он вновь появился. И вскоре мой отчим, отличный, кстати, мужик, сказал мне, что отец и правда вернулся и хочет со мной увидеться, назначил встречу в кафе. Я пришел и сначала не мог узнать его, а потом только плакал — даже говорить не мог. Слишком долго я представлял в мечтах эту сцену… Но мы стали друзьями, хотя мой отец абсолютно сумасшедший человек. Он был чертовски обаятелен, вел себя всегда по жизни как взрослый ребенок. Просто не умел по-другому. Это я понял позже. Отец рано умер. И я очень рад, что провел с ним последние дни его жизни. Счастлив, что мы вообще познакомились, нашли общий язык и даже сумели полюбить друг друга. Отец вел себя очень мужественно в самые тяжелые минуты — наверное, и в этом проявлялся его неунывающий ребяческий нрав. Шутил и смеялся до последнего вздоха… Очень хочется верить, что у меня получится быть таким смелым, когда и со мной это случится… Жаль, что он не дожил до того, как я стал успешным актером.

— И все-таки, как вы решились променять стабильное будущее востребованного юриста на зависимую, крайне непредсказуемую актерскую стезю?

— Я чувствовал себя крайне несчастным. И когда учился на юридическом факультете университета в Глазго — несмотря на то что меня выбрали президентом юридического сообщества, — и потом, уже будучи стажером в известной адвокатской компании. Понимал, что занимаюсь совсем не тем, чем должен. Не мое это. Разочарование привело к бесконечным попойкам и развлечениям — так я пытался уйти от принятия главного решения в своей жизни. Одно знаю точно: если бы продолжал в том же духе, вряд ли дожил бы до сегодняшнего дня. Но в конце концов бросил юриспруденцию прямо накануне важного интервью о приеме на работу в уважаемую фирму. Подался в Лондон. Чем там только не занимался, чтобы элементарно выжить. Пока не оказался в диснеевском фильме «Власть огня» вместе с Мэттью Макконахи и Кристианом Бэйлом и — почти одновременно — отхватил роль в спектакле «На игле» в театре в Вест-Энде. Конечно, без актерского образования поначалу руководствовался одними инстинктами, но, как собака, которой досталась сладкая косточка, вцепился в актерство зубами. И готов был — и до сих пор готов — пахать и вкладывать всю свою душу и любовь в эту работу.

— В общем, вы такой типичный рок-н-ролльщик, недаром играли у Гая Ричи в фильме про таких вот крутых парней…

— Ну, вам виднее. (Смеется.) Крутой, опасный, живет одним днем и никогда не упускает своих шансов. Действительно, немного похоже на меня. Но другая штука в том, что быть рок-н-ролльщиком означает жить постоянно на грани, причем слишком часто такие парни рискуют понапрасну. И не скажешь ведь: «Какой клевый чувак — сам себя так классно уничтожает!». Скорее подумаешь: «Этот классный парень привык себя разрушать, и теперь у него проблемы. Пора остановиться». Вот так примерно, мне кажется… Знаете, я — шотландец. И этим все сказано. Люблю веселье, людей. Люблю куда-то выбраться, но точно так же с удовольствием могу и дома остаться.

— Но семью так и не завели… Ходили активные слухи, будто вы страшно огорчились, когда Джессика Бил (говорили, что у актрисы был с Батлером непродолжительный флирт во время съемок фильма «Мужчина нарасхват», в то время Бил в очередной раз рассталась с Джастином Тимберлэйком. — Прим. ред.) все-таки вышла замуж за своего бойфренда этой осенью…

— Когда я встретил Джессику впервые, она показалась мне очень милой, но такой, знаете, сдержанной, чрезмерно закрытой. Со мной-то просто в этом смысле — я сразу же начинаю улыбаться и смешить человека. Весь такой душа нараспашку. А у Джессики чувство юмора и вся ее глубина раскрываются только в процессе общения. Болтаешь с ней, и вдруг она выдает шутку. Ого, а Джесс-то может быть смешной, если хочет! Знаете, когда я понял, что такое флирт? Когда впервые лет в четырнадцать посмотрел на одну девчонку в школе, улыбнулся — и вдруг сердце ухнуло куда-то, и я понял неожиданно, что она почувствовала в этот момент то же самое. И тогда же примерно я понял, что лишний раз улыбнуться женщине никогда не лишнее. (Улыбается.) Вот это и есть флирт… Для Джессики Джастин — любовь всей ее жизни. И она всегда любила только его. И я очень рад на самом деле, за нее прежде всего. Она заслуживает самого лучшего.

— У вас сейчас новая подруга — модель из Румынии Мадалина Генеа (одна из топ-моделей, специализирующихся на демонстрации нижнего белья, красавица Мадалина, по слухам, успела в октябре 2011 года вскружить ненадолго голову еще одному любителю девушек этой профессии Леонардо ДиКаприо. — Прим. ред.). Говорят, вы очень импульсивный ухажер…

— Да, есть такое дело. Я, например, сразу же пригласил Мадалину поехать со мной в Исландию. Ну и что? У меня было тогда чувство, что я поступаю верно. И никаких сожалений не испытываю. Меня относят к разряду убежденных и безнадежных холостяков, но кто знает… Говорят, и с такими иногда случаются чудеса.

— Если не за волной, за чем бы еще хотели с такой же страстью погоняться?

— За юбками, конечно! Нет-нет, это шутка! (Смеется.) Напишите, я бы хотел гоняться за красивыми рассветами.

Поделиться с друзьями!
Смотрите также
Комментарии
45
Шура Паниковский
ну беременна то она может быть от кого угодно, кто знает откуда пришла и с кем извращалась
СсылкаПожаловаться
Теодор Радзивильский
ага, на гудвина похож..)
СсылкаПожаловаться
Ирина Дубровина (Кузнецова)
селена, "Неприятный , неопрятный...и лжец к тому же)) как раз для анастасии К, хотя будет отнекиваться до посинения..." Как мало Вы понимаете... ))
СсылкаПожаловаться
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
Вы не ввели текст комментария
Вы не ввели текст комментария
История моих просмотров
СкрытьПоказать