О, Канада (2024)

О чем все это

Леонард Файф, умирающий от рака режиссер документального кино, решает дать финальное интервью. Интервьюерами становятся супруги Диана и Малькольм, с которыми Лео когда-то давно работал как преподаватель. Герой, впрочем, обращается в первую очередь не к ним, а к собственной жене Эмме. Та была однокашницей Малькольма и Дианы, а позже взялась за продюсирование фильмов Леонарда. Эмма считает, что знает о муже все — или практически все.

Лео же, в свою очередь, вспоминает эпизоды из далекого прошлого, о которых она имела не вполне четкие представления; они должны показать, что Файф всю жизнь был человеком так себе — непоследовательным, нечестным, бегущим от обязательств и трудностей. Камера призвана заставить Леонарда говорить правду, задокументировать признания в форме фильма, а заодно еще и «запечатлеть миг близости между мужчиной и его женой».

Зачем смотреть

Краткий пересказ сразу дает понять, что «О, Канада» — разговорная драма, так что в первую очередь внимание зрителя привлекут актерские работы. Ричард Гир невероятно убедителен в роли пожилого Леонарда, но эта роль — тот случай, когда имеет смысл говорить о физической отдаче, а не о безупречном отражении эмоций. Гир так эффективно отыгрывает тяжелое болезненное состояние, что разочарование, стыд и горечь его персонажа даже немного теряются.

Отдельного комплимента заслуживает Ума Турман в роли Эммы; она-то как раз эмоций не жалеет — правда, не всегда можно сказать, чем именно они вызваны. Вроде бы близкие отношения главного героя с женой обрисованы довольно расплывчато, в результате реакция Эммы на отдельные признания Лео выглядит не вполне адекватной.

Также стоит отметить, что в фильме хватает флешбэков, переносящих аудиторию в стилизованную Америку полувековой давности. С точки зрения визуала это самые любопытные фрагменты картины (скажем, крошечный эпизод, посвященный допустимому в те годы курению на борту самолета, наверняка врежется в память), но Джейкоб Элорди, играющий молодого Леонарда, к сожалению, выглядит довольно блеклым на фоне Гира и Турман.

Почему можно не смотреть

После просмотра «Канады» может сложиться ощущение, что роман Рассела Бэнкса Foregone, на котором основан сценарий картины, — эдакий пересказ произведений Джона Апдайка о Гарри «Кролике» Ангстроме для самых маленьких. И у Бэнкса, и у Апдайка в центре внимания оказывается мужчина, когда-то выбравший побег. Апдайк, впрочем, часто концентрируется на экзистенциальном аду в голове главного героя; Пола Шредера же, написавшего и поставившего «Канаду», в литературном источнике, кажется, заинтересовали прежде всего самые мелодраматичные и манипулятивные элементы: измены, брошенные дети, рак. «Он не знал, что такое любовь, потому что в жизни никого не любил», — не без пафоса сообщает пожилой герой о себе же молодом, задавая этой репликой общий уровень дискуссии.

Чтобы совсем не скатиться в мелодраму, Шредер экспериментирует с вышеупомянутыми флешбэками, нелинейным повествованием и закадровым текстом, а также размышляет — в частности, о роли кинематографа в жизни и об этических вопросах, встающих перед человеком, документирующим реальность. На вторую из указанных тем в прошлом году весьма внятно высказался Алекс Гарленд, первую и вообще кто только не поднимал. Эксперименты же с формой только делают высказывание Шредера сбивчивым, непоследовательным, схожим с выступлением человека, который очень устал говорить, но по каким-то причинам не может остановиться, совсем как Леонард Файф.