И все же Лоранс (2012)

Фильм о том, как один хороший привлекательный мужчина вдруг решил стать некрасивой стервой.

Необъяснимая с физиологической точки зрения история, выдержанная в духе музыкальных видеоклипов конца 80-х. Она была бы прекрасна, как прекрасны в своем роде клипы Боя Джорджа или Марка Алмонда периода расцвета. Но «Лоранс» идет 2 часа 50 минут, и там вовсе не поют.

На 36-м году жизни Лоранс (Мельвиль Пупо) объявляет своей девушке Фредерике (Сюзан Клеман), что он намерен стать женщиной. Ничто не предвещало; никаких предпосылок и намеков — просто понял, что созрел для того, о чем мечтал якобы всю свою неправильную прежнюю жизнь. Фредерика настолько влюблена в Лоранса, что готова принять даже это — в конце концов, главное же не половая принадлежность, а духовное родство. На протяжении следующих десяти лет (с 1989 по 1999 год) Лоранс меняется, но явно не в лучшую сторону. Выражаясь стереотипно-гендерно, он теряет лучшие мужские качества, взамен обзаводясь худшими женскими, среди которых истеричность, желание навязаться любимому человеку любой ценой и прочее, обычно именуемое редкостной стервозностью.

Кино, естественно, не об этом, но в глаза ярче всего бросаются именно перемены к худшему. Впрочем, о чем новая картина Ксавье Долана, тоже сложно сказать. Да, наверное, чтобы пройти по улице, напялив парик и женский костюм, нужно иметь стальные яйца. Да, могут уволить с работы за «психические отклонения» — незаконно, несправедливо. Да, в человеке главное — душа, а не пиписька. И да, быть девушкой трансвестита странно, опасно и вообще как-то муторно. Для того чтобы мы ознакомились с этим набором тезисов словно из брошюры ЛГБТ-движения, достаточно нескольких минут.

А мы видим убойно полнометражную картину, режиссер которой говорит банальности, снимает банальности и сопровождает это несчастной заезженной музыкой Бетховена и Прокофьева — ее даже поставщики рингтонов уже стесняются предлагать абонентам, а на закуску предлагает глянуть на Босха и перечитать Библию, чтоб окончательно понять, насколько жесток этот мир к «другим» людям. При этом женщины «Лоранса» словно списаны у Альмодовара, а потом шаржированы до неприличия, а мужчины вот-вот превратятся в этих самых женщин. Это не оригинальный вкус, за который Долана превозносят поклонники, а типичное его отсутствие.