Почему зрителям стоит посмотреть «Ограбить Лондон»?
Аарон Тейлор-Джонсон: Это фирменный триллер Дэвида Маккензи — острый, напряженный, местами очень смешной и при этом жесткий. История не отпустит ваше внимание до самого финала. В какой-то степени это арт-кино, хотя и не пытается специально таким казаться. Визуально фильм получился очень красивым, а персонажи — такими живыми, несовершенными и по-настоящему интересными.
Расскажите о своем персонаже.
Я играю майора, специалиста по обезвреживанию взрывоопасных предметов. Проще говоря, он работает с бомбами. Фильм начинается с того, что на строительной площадке в районе Паддингтон обнаруживают бомбу времен Второй мировой, и моего героя вызывают руководить операцией по обезвреживанию. Будучи на связи с полицией и командой эвакуации, он вместе с отрядом саперов приступает к работе. Это и есть его главная задача на протяжении фильма.
Что вас особенно привлекло в этой истории?
Когда я начал читать сценарий, от него было невозможно оторваться. Очень напряженный триллер, который постоянно повышает градус саспенса, и ты сидишь как на иголках. Найдена бомба, на кону человеческие жизни, начинается эвакуация, атмосфера постепенно накаляется. А затем выясняется, что на фоне этой эвакуации происходит дерзкое ограбление. И постепенно становится ясно, что сама бомба — лишь отвлекающий маневр для гораздо более масштабного плана, в котором замешано множество людей.
На уровне идеи это очень эффектно, но если задуматься, то не так уж оторвано от реальности. Пока читал сценарий, думал: «Вообще-то это не такая уж безумная история!». Бомбы времен Второй мировой в Лондоне находят постоянно. Это довольно реалистично. И сама процедура эвакуации и обезвреживания показана именно так, как это происходит в действительности. Мне нравится такой подход. Можно оставаться в пространстве почти документальной достоверности и при этом рассказывать очень захватывающую историю.
Как вы добивались достоверности всего происходящего?
На этом проекте я очень тесно работал с Ником Орром — бывшим военным специалистом по обезвреживанию боеприпасов. Сейчас он продолжает заниматься этим в составе гуманитарных организаций, очищая территории от неразорвавшихся снарядов. Он настоящий профессионал, который видел буквально все. Мы с Дэвидом Маккензи постоянно консультировались с ним. Все реплики моего персонажа, оборудование, реквизит, каждый инструмент, которым я пользуюсь, — все прошло через его проверку.
Конечно, всегда приходится искать баланс между достоверностью и драматургией. Я бы сказал, что процентов на 90 все, что касается работы саперов, показано максимально близко к реальности. Для меня это очень важно. Но при этом фильм полон неожиданных поворотов, поэтому где-то пришлось позволить себе творческую вольность — сама ситуация, лежащая в основе сюжета, довольно необычная. В хаотичных и самых мрачных обстоятельствах люди спасаются черным юмором. Мне было интересно играть именно в таком регистре — это добавляло персонажу объема. Но при этом важно было показать и давление, и страх, и тревогу, ведь это абсолютно естественные человеческие реакции.
Это уже второй ваш фильм с Дэвидом Маккензи. Почему вы снова согласились?
Мне выпала большая честь снова поработать с Дэвидом. Именно он и предложил мне роль Уилла. Когда получаешь письмо от такого режиссера, откладываешь все дела и сразу открываешь сценарий. Именно так я и сделал. И буквально проглотил его за один присест.
Мне очень понравилась энергия этой истории — напряженный триллер о бомбе и ограблении, где каждые десять минут происходит новый сюжетный поворот. Я сразу подумал: «Я хочу посмотреть этот фильм. И еще больше хочу стать его частью». Когда представляешь, что Дэвид Маккензи снимает подобную историю в Лондоне, то сразу понимаешь, что получится нечто совершенно особенное. Поэтому я согласился практически мгновенно.
В фильме Лондон показан иначе, чем обычно в кино. Почему это было важно?
Всегда возникает вопрос: как показать Лондон так, чтобы зритель увидел его по-новому, но при этом аудитория других стран не почувствовала нехватку привычных открыточных видов. И, знаете, я рад, что мы обошлись без шаблонных кадров. Дэвиду это было не нужно. Он не стал превращать город в набор достопримечательностей. Вместо этого он сосредоточился на конкретном районе Лондона, и в этой фактуре город ощущается по-настоящему живым, аутентичным.
Основное действие происходит на большой оживленной улице, которую приходится эвакуировать. Ты словно оказываешься внутри происходящего. Такой район мог бы находиться и в Нью-Йорке, и в Париже — это очень узнаваемая городская среда.
Что можете сказать о своем партнере по фильму Тео Джеймсе?
Тео удалось сделать своего персонажа очень живым и ярким. Его герой постоянно влипает в неприятности, ему совершенно нельзя доверять — он способен подставить любого, с кем сталкивается. За ним невероятно интересно наблюдать. У Тео есть дар органично сочетать на экране харизму, самоуверенность и высокомерие, но при этом его персонаж остается удивительно обаятельным. От него невозможно отвести взгляд.
Чем работа с Дэвидом Маккензи отличается от других режиссеров?
Мне сложно говорить за остальных актеров, но мне искренне кажется, что для многих это был совершенно новый опыт, потому что Дэвид снимает совсем не так, как принято в индустрии. Но именно это и делает работу с ним особенной. Ты должен полностью погрузиться в своего персонажа, буквально жить им. А потом уходишь со съемок с ощущением, что пережил действительно уникальный опыт.
На таких проектах растешь как актер, я правда ощутил это. Мы работали с потрясающей съемочной группой, и, насколько я могу судить, большинство получили огромное удовольствие от этого процесса.
