Либерея: Охотники за сокровищами (2022)

О чем все это

Владелец самокатостроительной компании Илья получает в наследство квартиру, решается на перепланировку и во время сноса стены обнаруживает оклад — старинную книжную обложку. Поначалу находка кажется Илье безделушкой, но вскоре артефактом начинают интересоваться другие люди — в частности, Аркадий, отец героя, ранее ни разу не видевшийся с сыном. Выясняется, что оклад является подсказкой, дающей понять, где запрятана Либерея — принадлежавшая когда-то Ивану Грозному коллекция документов. Поиски утерянных манускриптов оказываются делом крайне опасным: за Либереей также охотятся Сапеги, польский клан, заинтересовавшийся библиотекой еще в XVI веке. В отличие от Ильи, Аркадия и примкнувшей к ним девушки-филолога Арины, у Сапег есть связи, ресурсы и огнестрельное оружие.

Зачем смотреть

«Либерея» — отечественный субститут «Индианы Джонса» (фильму даже выдали англоязычное название, отметающее все сомнения на этот счет, — «Raiders of the Lost Library»). Понятно, что российское жанровое кино часто проигрывает зарубежным конкурентам, и «Охотники за сокровищами» не исключение, но получить определенную дозу адреналина во время просмотра все-таки можно.

Лента старается завоевать аудиторию не качеством, а разнообразием: из монастыря в Вологодской области персонажи отправляются в Заполярье, потом навещают столичные небоскребы. Дайвинг сменяется неумелым пилотированием вертолета, а затем – прогулками по туннелям метро; чтобы не было скучно, авторы между делом упоминают ритуалы малых народов России и совершают небольшую экскурсию в далекое прошлое. 

При этом через все приключения зрителям приходится проходить в довольно приятной компании: Тихон Жизневский — харизматичный главный герой, Алексей Серебряков — отличный актер (правда, роль отца Ильи не дает ему полностью раскрыться), из Дианы Пожарской получилась филологиня не только симпатичная, но еще и с характером.

Почему можно не смотреть

Субститут и есть субститут: Жизневский — ни разу не Харрисон Форд, сюжет напичкан банальностями, все твисты считываются заранее, а визуальная составляющая кажется довольно несовременной. Целевая аудитория (особенно та ее часть, которая по каким-то причинам не смотрела фильмы Спилберга) на огрехи, наверное, не обратит внимания, но стоит учитывать, что эту картину явно снимали для зрителей, которым сейчас лет 12−13, а не для их родителей. О другой возрастной группе заставляют вспомнить разве что сальные (и часто довольно неуместные) шутки — но и тут, конечно, не идет речи о взрослых: складывается ощущение, что эти остроты придуманы 14-летними подростками.