Шан-Чи и легенда Десяти колец (2021)

О чем все это

Marvel представляет аудитории нового персонажа — мастера боевых искусств Шан-Чи. Навыки ведения боя он перенял от родителей (папа, кроме всего прочего, был вооружен магическими кольцами, делавшими его неуязвимым). Мать погибла, когда мальчику было всего семь. После этого отец растил Шан-Чи в строгости — и к 14 годам вырастил убийцу; сестре героя повезло еще меньше: ей не уделяли внимания, так что учиться драться пришлось самостоятельно. При первой же возможности Шан-Чи сбежал из дома. Годы спустя папа, одержимый идеей реанимировать жену, отыскал сына, чтобы забрать у него кулон, необходимый для ритуала.

Зачем смотреть

Лента много заимствует из уся — китайского жанра, совмещающего боевые искусства и фэнтези (одну из второстепенных ролей исполняет Мишель Йео, звезда «Крадущегося тигра, затаившегося дракона»). Такой подход заметно освежает традиционные для продукции Marvel экшен-сцены. В «Шан-Чи», в частности, есть схватка в рейсовом автобусе, который в процессе в буквальном смысле разваливается на две части, и целое побоище, разворачивающееся на выстроенных вокруг небоскреба лесах. Для тех, кто предпочитает эпизоды поспокойней, имеется сцена знакомства родителей главного героя — она начинается как поединок, но быстро превращается в танец. Зрители, не интересующиеся уся, но давно наблюдающие за марвеловской киновселенной, будут рады возвращению Бена Кингсли — псевдотеррориста из третьего «Железного человека», за прошедшие годы окончательно превратившегося в комического персонажа.

Почему можно не смотреть

Из самого Шан-Чи, к сожалению, получился не самый запоминающийся герой. Его с легкостью затмевают и отец-злодей (Тони Люн Чу Вай), и подруга Кэти (Аквафина), и даже появляющийся на экране лишь в эпизодах персонаж Кингсли. У Аквафины, впрочем, есть собственные проблемы: именно ее героине приходится отвечать за комическую составляющую, между тем, ужимки и интонации актрисы, практически не меняющиеся от фильма к фильму, кажутся смешными далеко не всем. Наконец, хочется отметить, что ближе к финалу фильм полностью теряет самобытность; заключительное сражение — CGI-месиво, характерное для блокбастеров, в данном случае еще и крайне невнятное.