Пятьдесят оттенков серого (2015)

В прокат выходит вялая мелодрама о любви студентки и миллиардера со странностями.

Книжка британской писательницы Э.Л. Джеймс «Пятьдесят оттенков серого» — настоящий феномен. О ней слышали, кажется, абсолютно все — в том числе и те, кто целевой аудиторией этого литературного произведения уж точно не является (настоящая целевая аудитория романа примерно такая же, что и у саги «Сумерки»). Благодарить за успех, пожалуй, стоит успешную маркетинговую стратегию, а не качество самого текста. Впрочем, недостатки книг-бестселлеров никогда не мешали Голливуду снимать вполне удачные с финансовой точки зрения экранизации. Вот и киноверсию «Пятидесяти оттенков серого» практически наверняка ждут колоссальные сборы.

Застенчивая студентка литературного факультета Анастейша Стил (Дакота Джонсон), также известная как Ана, по просьбе заболевшей подруги Кейт (Элоиза Мамфорд) отправляется брать интервью у миллиардера Кристиана Грея (Джейми Дорнан). Между девушкой и бизнесменом сразу же проскакивает искра (звучит банально, но не более чем любая фраза из имеющихся в фильме диалогов). Грей вроде бы пытается ухаживать за Аной, но при этом соблюдает дистанцию. Объясняя свое поведение, Кристиан заявляет, что романтика — не для него, да и вообще он привык спать в одиночестве. Однако Ана, убежденная, что встретила настоящую любовь, не сдается. Даже когда Грей наконец сообщает, что хотел бы привязать ее к кровати и выпороть, девушка не бежит прочь, сломя голову, а размышляет о том, какими чарами ей нужно развеять проклятие и избавить возлюбленного от пагубного пристрастия к БДСМ.

Первым делом хочется отметить, что книга «Пятьдесят оттенков серого» (и два ее продолжения) — это не просто плохая литература, а самые настоящие отборные отбросы, эдакие мусорные сливки. Джеймс начинала писать фанфик к «Сумеркам», потом оформила его в качестве самостоятельного произведения с оригинальными персонажами, но от многочастного романа про вампиров ее произведение отличается не слишком сильно. «50 оттенков» — простейшая история с примитивными персонажами и неестественными диалогами (в сущности, это даже не диалоги — герои просто перебрасываются фразами, рожденными распаленной женской фантазией). Вместо вампиризма тут БДСМ, но суть от этого не меняется, любовь все равно сильнее, и если к концу первой серии недуг (необычные склонности Грея тут оцениваются примерно так) побежден не будет, то сиквелы ему шансов уж точно не оставят. Экранизация «Пятидесяти оттенков серого» — достаточно откровенное для мейнстрима кино (которое, впрочем, вряд ли сможет шокировать современных зрителей), но ему при этом категорически не хватает сексуальности, а также чувств, эмоций и чего-то, хотя бы отдаленно напоминающего настоящую жизнь студентки, миллиардера или любого другого человека.

Фильм вышел настолько вялым, бессвязным и бесцветным, что даже возникает желание слегка пожалеть участников съемочного процесса. С такими позывами нужно бороться: во-первых, и Джонсон, и Дорнан прекрасно знали, во что ввязываются (трудно предположить, что они столь же наивны, как и Ана, которая сперва внимательно читает предложенный Греем контракт и даже вносит многочисленные правки, но удивляется и всерьез обижается, когда получает по заднице). Во-вторых, Дорнан — это не актер, а фотомодель, он не играет, а позирует. Да, дорогие костюмы на этой двуногой вешалке смотрятся неплохо, но других достоинств у Джейми нет. Джонсон на фоне партнера выглядит почти настоящей драматической актрисой, но изображать безумную любовь в одиночку довольно сложно, Дакоте просто не хватает сил (тем более что ни писательница Джеймс, ни сценаристы даже не пытаются объяснить, что происходит в голове у мисс Стил; видимо, там булькает разогретая чувствами манная каша).

Плохие мелодрамы — это, в общем-то, не новость, «Пятьдесят оттенков серого» — вовсе не уникальное произведение, видали и похуже. Другое дело, что, если лента сделает кассу, за ней вполне могут последовать продолжения — а там, глядишь, подтянется и Э.Л. Джеймс с новым романом. Такие прогнозы не то чтобы пугают, но настроение от них немного портится, скажем так — сереет.