Любовь сквозь время (2014)

<p><strong>Режиссерский дебют знаменитого продюсера и сценариста, недвусмысленно намекающий, что смена профиля не пошла автору на пользу.</strong></p><p>Манхэттен, 1920-е годы. Воришка Питер Лейк (<a href="/person/444172_colin_farrell/">Колин Фаррелл</a>), рассорившись с криминальным авторитетом Перли Сомсом (<a href="/person/449146_russell_crowe/">Рассел Кроу</a>), пытается зарабатывать на хлеб самостоятельно, без чьей-либо помощи. Во время очередного грабежа он знакомится со смертельно больной Беверли Пенн (<a href="/person/643145_jessica_brown_findlay/">Джессика Браун-Финдли</a>), в которую тотчас влюбляется. Он надеется, что возникшее между ними чувство поможет девушке справиться с недугом. В это время откуда ни возьмись появляется летающий белый конь, а Перли Сомс оказывается куда более опасным субъектом, чем казалось поначалу.</p><p>Большой голливудский продюсер и сценарист Акива Голдсман дебютирует в режиссуре экранизацией романа Марка Хелприна «Зимняя сказка» (собственно, в оригинале фильм так и называется), чье — в прямом и переносном смысле слова — волшебное содержание наверняка с интересом и должным увлечением читается на бумаге, но на экране выглядит не то чтобы странно, скорее как-то неуместно. Проблема, очевидно, кроется в том, что Голдсман не снимает сказку в чистом виде, а пытается создать подобие магического реализма, где противостояние сил добра с силами зла показано в совершенно обыденном, бытовом контексте. Подобная амбиция, безусловно, не лишена творческого задора, однако по итогам ее реализации получается, что режиссер уселся на два совершенно разных стула, у которых к тому же в какой-то момент подломились ножки.</p><p>Вторая половина фильма, переносящая зрителя в наше время, окончательно стирает границы создаваемой до этого системы координат. И главная печаль тут состоит в том, что, несмотря на подобные передвижения во времени и пространстве, у главных действующих лиц не чувствуется никакого развития и, вспоминая заветы К.С. Станиславского, внутреннего зерна. Центральный месседж фильма — любовь спасет всех и вся — имеет право на существование, но подается здесь с такой принципиальной твердолобостью, что больше напоминает заученную наизусть мантру, а не мысль, которой надо увлечь и в которую хочется верить.</p><p>В биографии Голдсмана-сценариста были взлеты («<a href="/cinema/movies/718104_vremya_ubivat/">Время убивать</a>», «<a href="/cinema/movies/491481_igry_razuma/">Игры разума</a>»), но были и болезненные падения («<a href="/cinema/movies/721172_betmen_i_robin/">Бэтмен и Робин</a>»). Можно было рассчитывать, что режиссерский дебют окажется ближе к первым, но по факту оказался ближе ко вторым. Возможно, все дело в том, что талантливый продюсер и сценарист далеко не всегда оказывается талантливым экранизатором собственных текстов.</p>