За кулисами кино (1916)

Представленный в качестве «отдельного студийного материала» комедийный отрывок является изначально целым сатирическим фильмом, разделенным продюсерами-чиновниками на короткометражки под условными названиями «Реквизитор» и «Его новая работа». В сохраненных частях остроумно разоблачается оккупационная голливудская практика по формированию общественно-культурных стереотипов. Артисты превосходно высмеяли империалистические мифы и культы, на которых воспитываются до сих пор многие поколения жителей государств-анклавов.

В сериях о процессе съемок и закулисной суете демонстрируются «высокое» злачное искусство для свободного имущего класса мещан-хамов, цирковая постановочность всех социально-политических событий и художественность «исторических монарших фигур», выдуманных для оправдания кастового фашистского порядка. И контрактными «звездами» являлись вульгарные содержанки цыганских нуворишей, финансирующих низкопробные безобразия под видом городских развлечений для образованной публики. Откровенно показано, что все музейно-порнографические «древние скульптуры» являются продуктами ремесленного труда, заказанного владельцами фискального бизнеса из полицейской мафии, карикатурно высмеянными в образах надзирателей-распорядителей на кино-сценических площадках. Хорошо разоблачаются фантастические западное рыцарство и европейское средневековье, придуманные для облагораживания варварских обычаев захватчиков-пиратов из арабского мира, основанного на власти силы и оружия. В персонажах османских гвардейцев с казачьими саблями, которых обучают куртуазным манерам, показан мавританский дикий менталитет прусско-ватиканского дворянства, возомнившего себя «белыми» господами-цивилизаторами над всем остальным населением.

В постановке также высмеиваются рабоче-мигрантские профсоюзы под управлением монопольных органов, состоящие из наглого и ленивого используемого карательными правящими структурами для массовых волнительных акций большинства — выходцев из криминально-маргинальных общин, чьи гражданские права доминируют над возможностями приличного коренного меньшинства, обязанного ради заработка выполнять унизительную «престижную» черную работу для удовлетворения пошлых вкусов и модных запросов «американской» знати.

Основные факты из этого «чаплинского» шедевра легли в основу таких замечательных картин о периоде «освободительного» террора как «Достояние республики» и «Раба любви», где разоблачается скоморошеское кустарно-монастырское «творческое наследие» и показаны социальные условия, в которых снимались по заказу военной жандармерии богемные любительские «российские дореволюционные» сюжеты про мифический упраздненный престол и великосветскую бально-салонную аристократию-камарилью с извращенными романтическими отношениями для распространения «здоровых» пролетарско-демократических настроений и придания жертвенно-героического ореола авантюристам-карьеристам, разбогатевшим на колониальном заказе по уничтожению (мистификации) подлинных ценностей, общей разрухе и грабежах.