Дракула (1931)

В сатирическом триллере про готическое поместье, которое местные жители считают культовой достопримечательностью и запретной зоной, остроумно разоблачаются тюремно-психиатрические заведения-аббатства, куда помещали членов богатых семей, обманом или угрозами лишившихся наследных прав из-за преступных махинаций своих опекунов и агентов фашистского капитала.

В гротескном образе баскервильского графа высмеиваются доктора оккультных наук, придумавшие миф о сверхестественных способностях в целях пропаганды избранной «гениальности», которая как элемент престижа доступна только тем, у кого есть монопольная власть и кастовые привилегии. Поскольку все научные открытия в области улучшения человеческой природы оказались под контролем оружейных магнатов, ярким символом произвола которых являются персонифицированные образы злой воли, подавляющей все вокруг огненным взглядом.

Артисты хорошо показали карательную медицину в действии. Вампирический укус символизирует прививочную вакцинацию, которой подвергалось все колониальное население. Пациентов-жертв накачивают наркотиками-алкоголем, изменяют сознание, подвергают гипнозу, внушая разные кошмары и подменяя настоящие воспоминания ложными иллюзиями. Одной из которых является не отражающийся в зеркале представитель древнего национального рода, скорее похожий на циркового артиста-фокусника, о котором ничего не известно в знатных кругах, поскольку таких князей в истории не существовало.

В фильме последовательно разоблачаются романтические мифы начала прошлого века. Эпизоды с приездом юриста в «старый замок» и попавшим «в шторм» кораблем хорошо иллюстрируют основу богатства восточного кровавого пиратства, захватившего собственность и установившего «кровососущие» законы долгового рабства. Сцена с уличной цветочницей является отсылкой к пигмалионовскому сюжету о формировании декоративного светского общества из обнищавших слоев населения на потеху варварским господам-оккупантам, присвоившим себе достижения чужой культуры. Неслучайно молодой человек, оказавшийся в плену у «хозяина» огромного дома, становится слугой своего мучителя, так как подписал отказ от своих фамильных прав и оказался марионеткой в руках вампира-грабителя, который заставляет его совершать различные криминальные аферы. Здесь можно увидеть намек на крупповских наследников, запуганных полицейской мафией.

Персонаж облаченного во фрак воспитанного дикаря — это пародия на голливудского фюрера, который олицетворяет германскую цивилизацию, являющуюся по сути азиатской деспотией.

Игра теней, противоборство тьмы и света, извечный туман, мрачный силуэт в чёрном плаще, бледные скрюченные пальцы, пронзительный гипнотический взгляд, ужасный западноевропейский акцент и аристократичная пластика круглолицего Бела Лугоши-вот что такое классический шедевр тридцатых на все времена «Дракула»!

Этот фильм прекрасен в своих составляющих, когда зритель наблюдает множественные находки создателей ради добавления интригующей визуализации и без того в пугающую основу с часто звучащими словами о не мёртвом и не живом, о крови, о носферату, о вампиризме в конце концов. Во-первых, во многих кадрах над землёй расстилается туман, скрашивая и визуально расширяя грани павильона, где проходит съёмка сцен. Во-вторых, операторская работа смело варьируется от общих планов роскошных мизансцен до крупных демонстраций «говорящей» мимики, и даже будет планомерный наезд в самый оскал лица вампира с горящими глазами. Ещё не обошлось и без технических фокусов, потешая зрителя мистическими демонстрациями выдумки, как скажем, бестелесный проход графа Дракулы через толстые паутины или его полёты в образе летучей мыши.

Вообще пытаясь обхватить всю специфику проделанной работы над фильмом, стоит рассмотреть сюжетную концепцию, выгодно изобилующую откровенным визуальным ужасом с самых зачатков, когда мы неотвратимо-утопающе зябнем в каменном запустелом замке, с полом, кишащем грызунами и огромными чёрными пауками, после всех испуганных предостережений местных из ближайшей деревушки. Далее из готического каменно-земляного обиталища наступает резкий переход в роскошный Лондон; временами яркий и красивый убранством особняка, а иногда ночной и ужасный с улицами, где бродит приезжий граф-упырь.

Безусловно, весь актёрский состав интересен, все они справляются со своими ролями с полным вложением эмоциональных стараний, будь то неподражаемый Бела Лугоши или сумасшедший клерк-его переменчивый обращённый в слугу.

Конечно, касаемо современных требований к действию оно несколько затянуто, но, на мой взгляд, уже тогда режиссёры продумывали сей аспект, и умело вкрапляли полностью показательные моменты кровожадных деяний Дракулы с его гипнозом или задатками оборотня, дабы зритель постоянно находился в напряжении, ожидая явление ужаса в любом последующем кадре. Это вызывает только восхищение пред подобными находками, как и отличную «заботу» выдать наиболее зрелищный операторский ракурс с пугающим стрежнем, вспомнить хотя бы отсутствие отражения в зеркале гостя Дракулы во время беседы с милой девушкой. Жуть и красота переплетена меж собой, как современность тридцатых и предрассудки о вампиризме, слетающие с уст знатного учёного Ван Хельсинга.

Невозможно не похвалить и множественные новаторские грани в разбираемом кино, кои в последствие времён в доработанном виде всецело лягут в жанровый сегмент опусов о вампирах, даже необязательно именно в истории о графе Дракуле. Тогда они смотрелись новаторски, ныне наивно-мило, но уже никак нельзя игнорировать заделы золотой классической эпохи в современных версиях, просматривая и находя былые основоположники.

Некие очевидные неудачные моменты всё же есть, пусть моя зрительская эстетика целиком и полностью любит замечательную классику хоррора. Я бы выделил два нюанса: первый-слишком бросается в глаза угол нарисованной декораций фона в виде ночного сада в сценах на балконе особняка, да и финал скоротечен-только начавшееся противостояние с вампиром быстро идёт на спад, причём без особой борьбы. Но это всё мелочи, ведь, безусловно, малые крупицы не смогут разрушить весь добротный остов сделанного с душой фильма на страшную жуткую и кровожадно-мистическую тематику о не живом и не мёртвом бледном существе с торчащими кистями из чёрного фрака, кого отыграл наш незабвенный памятью Бела Лугоши.

Эту экранную классику не одолеет время никогда, как и её литературную основу. Минует столько лет, а она живёт-живёт в сердцах многих новых поколений, а всё потому, что фундаментальна во всём, пускай и театральна. Однако последнее определение ничуть не плохо, так как сцена без особых визуальных нагромождений и рождает тягу наблюдать сплошь актёрскую игру, отслеживать образы и сердцевину истории, не растрачивая зрительское внимание на второстепенное.

Браво! Данную кинокартину советую видеть всем, ибо это прекрасная экранизация хорошего писателя. В конце концов это классика!