Нация фастфуда (2006)

Оно вряд ли ударит по кошельку, однако имеет красивый вид, прекрасный вкус и запах. Словно создано для повседневного потребления, не так ли? И ведь неважно то, что канцерогенная пища заметно повысит уровень холестерина в крови, чудным образом вызывающий инфаркт, прочие болезни сердца. Здравые мысли придут после встряски. Хочу — это закон, а против лома, как известно, нет приема.

Отец русской литературы — великий Александр Сергеевич Пушкин — в одном из направлений своего творчества раскрывает суть, истинное предназначение людей, выбравших искусство как средство добычи материальных благ. Александр Сергеевич идентифицировал цель так: поэт обязан вразумлять и просвещать, преобразовывать и создавать, не ограничиваясь при этом определенной группой людей. Влияние того или иного произведения искусства должно распространяться на общество в целом, а не удовлетворять потребностям «высшего чина». Творчество — это вечность. Ричард Линклейтер идет по стопам Россиянина: дорогой просвещения.

Известно всем, что у каждой, порой, даже самой не нужной вещи есть оборотная сторона. Уверен, что на одной из улиц Вашего города красивые дома, многочисленные бутики, машины премиум класса вынуждены теснится с некоторым количеством людей без определенного места жительства, озлобленными дворовыми псами. Самое интересное, что тем, кто имеет все, абсолютно безразличны те, кто не имеет ничего. Мудрый человек назвал это обществом. Что касается фильма, американец ровно таким же образом анализирует монету, ныне имеющую особую ценность. Хотя Линклейтер, скорее, смотрит в сторону одной тропинки, периодически меняя желтые очки на красные, а красные на зеленые. Вместе с тем, окрашивая действо в серые, бездушные тона. Плохо живется мексиканцам? Плохо. Вкусны ли гамбургеры? Безусловно.

Одни готовы платить, а другие — зарабатывать. И нет никаких проблем. Эх, если бы все было так просто. «Дешевая сила», которая для комфортной жизни не нуждается в больших деньгах, эксплуатируется своими же «братьями по крови»; боссы крупных компаний по производству быстрого питания, извините, забившие не только на здоровье окружающих, но похоже, на свое собственное; персонал, смачно плюющий в гамбургер. Весь вышестоящий ранг, будто менеджер завода по истреблению скота, «через постель» умело подбирающий рабочие кадры, или директор одной из многочисленных точек распространения калорийной пищи, готовый во имя большого куша подхватить кишечную палочку, пропитан холодным, непроницаемым цинизмом. Персонажи, все-таки окончательно эволюционировавшие в людей, — такие есть, честное слово — по законам жанра остаются в дураках, становясь жертвой, скотом (Последним, кстати, даже в загоне, имеющим всего-навсего один выход, — заточенный нож — живется комфортно, как и нам). Однако это нормально. Каждый хочет кушать. Оттого все вышесказанное становится на свои места, переставая казаться чем-то уж совсем ужасным, из ряда вон выходящим. Люди недалеко ушли от матушки-природы, не нашли в себе сил навсегда отказаться от низменных инстинктов. Дюринг был прав. Потому, к примеру, пляска на людских головах, возможно, один из самых действенных способов прижаться к небесам. Тогда нет ничего обидного в линклейтерских аллегориях, представляющих «человека разумного-разумного» коровой, правда? Сам Линклейтер не надеется быть услышанным, отождествляя себя с группой людей для тех, кому не все равно, которая, однако, не имеет возможности коренным образом повлиять на установленные порядки.

Действительно ли мы то, что мы едим?

Примем за образец «нацию фастфуда».