Четыре пера (2002)

80-е годы XIX века. Викторианская Великобритания владеет половиной мира и не думает на этом останавливаться. На фоне истории великой метрополии и ее колоний разворачиваются не столь масштабные, но драматичные истории обычных людей. Молодой Хэрри Фейвершэм, лучший в полку, любимец друзей и гордость отца, также военного, определившего в свое время жизненный путь сына, делает предложение своей возлюбленной Этни и получает ее согласие. Перед ним разворачиваются поистине радужные перспективы, счастливая семейная жизнь и грандиозная карьера. Но будущее Хэрри оказывается омрачено новостями из далекого Судана, где восстали местные жители-магометане под предводительством хитроумного лидера Махди. Узнав о грядущей отправке в Хартум, молодой человек, одолеваемый страхом и сомнениями, подает в отставку. И в один миг лишается всего. Покрытый позором, Хэрри больше не существует для отца, а для друзей-однополчан он — малодушный трус, за что они и вручают ему пресловутые перья, олицетворяющие их презрение. Четвертое перо он получает от Этни. Снедаемый муками самоопределения и всеобщего презрения, Хэрри тайком отправляется в Судан, чтобы восстановить свое имя и вернуть перья позора своим друзьям, спасая их на поле боя и даже в плену.

Это уже не первая экранизация одноименного романа британского писателя Альфреда Эдварда Вудли Мейсона. Выход в прокат в 2002 году нового варианта классического произведения, снятого индийцем Шекхаром Капуром, во многом знаменателен и, пожалуй, не случаен. После террористических атак 2001 года, на фоне непрекращающихся боев в Афганистане и предстоящего вторжения американской армии в Ирак, картина воспринималась не столько как драма о дружбе и любви, чести и достоинстве, сколько в злободневном антиисламском духе, витавшем в западном обществе.

Первая часть картины тем и удивительна, что достаточно ненавязчиво связывает муки самоопределения юного солдата, которому с детства внушалось, что сражаться во имя королевы и империи — величайшая честь, с весьма серьезной и актуальной политической проблемой вмешательства великой державы в дела всего мира, поскольку сия держава навязчиво рассчитывает на мировое господство и роль этакого «жандарма Земли». Но стоит измученному совестью Хэрри Фейвершэму попасть в Судан, изображая местного жителя, картина тонет в бездне логических и сюжетных нелепостей, пытаясь соответствовать всем законам голливудского жанра. Красной нитью проходит сквозь весь фильм политкорректная дружба Хэрри с африканцем Абу Фатмой, изъясняющемся на отличном английском языке. Природа этой дружбы вполне понятна, если принять во внимание негласное правило, согласно которому в американской картине неукоснительно нужно представить с положительной точки зрения чернокожего героя. Учитывая, что у картины наблюдается некий острый политический замысел, подобные элементы традиционного американского боевика становятся вполне объяснимы и выступают как некий сглаживающий эту остроту фактор. Ведь ряд кровопролитных батальных сцен вместе с осознанием главным героем бессмысленности развернувшейся резни вполне могут вызвать лишние аллюзии на то, как предприимчиво и бесцеремонно притязает на роль того самого «жандарма Земли» США.

Все заканчивается, конечно же, приторным хэппи-эндом (если не брать во внимание множество убитых и раненных). Хэрри, преодолев всю боль и ужас военных потрясений, в конце концов воссоединяется со своей нареченной Этни, несмотря на то, что она чуть не обручилась с его лучшим другом. И не важно, что вскоре Британская Империя даст трещину и распадется на множество самостоятельных государств. История учит, что империи всегда исчезают под гнетом различных обстоятельств, в том числе и внутренних. И это неторопливое и неприметное разложение изнутри проистекает как раз из таких сомнений отдельно взятых личностей о необходимости и оправданности насильственного сохранения бытующего порядка, а тем более — амбициозных замыслов по захвату новых территорий.