Кафе де Флор (2011)

Необычный, атмосферный фильм, с легким артхаусным привкусом, завораживающим видеорядом и магнетической музыкой. Он, разумеется, о любви. Но мне не показалось, что это — Любовь, как рифма человеческой Свободы. Мне думается, обе истории в фильме о том, что любовь — ничего не обещает, ничего не гарантирует, ни от чего не спасает, а просто «у любви, как у пташки, крылья...» и она летит от кого хочет, к кому хочет... Принять эту, вроде бы, несправедливую спонтанность хоть и трудно, а приходится.

После исторической и высокобюджетной «Молодой Виктории», канадский режиссер Жан-Марк Валле снимает практически арт-хаусную, независимую картину «Кафе де Флор». Терпкий, как вкус двойного эспрессо, подаваемого в уличных кафе Парижа, фильм несет в себе двойственность сюжета и многочисленность трактовок своего символизма. Так называемый финальный твист, резко свернувший в сторону мистификации, вполне можно посчитать за красивую аллюзию, соединяющую две разделенные во времени истории в одну целостную композицию, без сакральной нотки загадочности в которой сложно обойтись, когда речь заходит о таком чувстве как любовь.

«Кафе де Флор» — это фильм с безупречно красивой картинкой и с великолепно подобранным музыкальным сопровождением, которое не просто оттеняет атмосферу кино, а служит ее главной образующей силой, сочетающей в себе концептуальную мощь культового альбома Pink Floyd «Dark Side of the Moon» с органичной и потусторонней музыкой исландцев Sigur Ros, что выражает один период в жизни главного героя, с течением сюжета перетекая в современное звучание ритмичного транса и ненавязчивой «музыки для кафе», тем самым знаменуя следующий период. Идея, которую взял за основу автор, сама по себе крайне любопытна, несмотря на ее абсолютно простое содержание и доступность, лежащую на поверхности.

Любовь — не как форма зависимости, а как ощущение безграничной свободы души, являющейся тем источником, из которого черпается все в этом мире — крайне редкое обозначение этого чувства, которое все чаще в кинематографе выступает как элемент страданий и тяжелых психологических испытаний. С использованием всех этих же принципов, столь распространенных в мелодраматическом жанре, Валле показывает их под таким углом, что становится очевидно, что слепая жажда обладания объектом любви не просто глупа и неэффективна, но зачастую и опасна.

Более явно это проявляется в истории простой француженки Жаклин, в одиночку воспитывающей своего сына, появившегося на свет с синдромом Дауна. Родив ребенка, который с первым своим вздохом в этом мире стал абсолютно чужеродным и никому не нужным, кроме своей матери, Жаклин положила всю свою жизнь на то, чтобы ее Лоран не только ничем не отличался от остальных детей, но и развивался соответственно своему возрасту вне зависимости от особенностей, присущих его состоянию. Взамен она решила обладать полной властью над жизнью ребенка, не желая ни с кем делить его любовь. В случае, когда Лоран еще маленький, это вполне оправданная ситуация, но как только мальчик стал проявлять индивидуальность, расширяя свою зону комфорта, наполняя ее другими людьми, которым он мог бы дарить свое искреннее и бескорыстное чувство, ловушка, в которую превратилась слепая любовь его матери, захлопнулась и стала тюрьмой.

Совершенно иная история, развивающаяся в другом времени и другом городе, рассказывает о любовном треугольнике, в котором оказался сорокалетний мужчина Антуан. Прожив двадцать лет со своей первой любовью Кэрол, он вдруг влюбляется в молодую девушку Роуз. Кэрол для Антуана была той единственной, с которой он ощущал себя родственной душой, которая прошла с ним путь от его мечты до ее исполнения, разделила страсть к музыке и все тяготы, выпавшие ему на дороге к становлению его как известного ди-джея. Их связь казалась нерушимой, подкрепленная двумя прелестными дочками, но в один момент в их жизнь вмешалась Роуз. Поскольку сюжет поочередно демонстрирует то жизнь Антуана с Кэрол, то его новую любовь с Роуз, невольно приходится сравнивать две эти истории, и как бы не пронзительно говорил сам мужчина о своем новом чувстве, ощущение, что он променял «старый добрый рок и джаз», страсть к которым он делил со своей первой женой, на легкую и незамысловатую музыку, создающую фон шумным кафе и техничный, бездушный ритм дискотек, не покидает.

Продемонстрировать типологию любви — идея довольно смелая, хотя и немного спорная, поскольку определить количество, которым насчитывают все разновидности этого чувства, не представляется возможным. Единственное, что объединяет все эти подвиды — это то настоящее, что не имеет никаких определений и не делится на виды. Когда любовь переходит из эмоций в состояние, тогда можно назвать это истинным, безоценочным отношением одного человека к другому. Любое стремление обладать любимым, вне зависимости от того, кто это — ребенок или супруг — убивает на корню любую возможность развиваться обоюдному чувству. В противном случае любовь переходит из состояния симбиоза в состояние паразитирования.

Это великолепно продемонстрировано в истории отчаявшейся и безумной матери Жаклин, но совершенно несправедливо по отношению к Кэрол, которая хоть и не могла эмоционально отпустить любимого, но не препятствовала его новым отношениям. Наполненная множеством символов, картина «Кафе де Флор» представляет собой искусную головоломку, красиво сплетая две трагедии в один простой и логичный вывод. Любовь — это не оковы, не клетка, в которую запирают душу любимого человека. Понять это, возможно, стало самым важным для тех героев, кто сумел вовремя сориентироваться в своих чувствах.

Но, тем не менее, даже отдавая дань и уважение столь правильной идее, заложенной в основу фильма, ощущение предательства и банального адюльтера, проходящего фоном в истории Антуана и Кэрол, оставляет чувство горечи и смазывает всю ту светлую грусть, аккордом которой звучит финал картины.