Вий (2014)

Чудо-юдо в новом российском кинематографе и российский кинематограф в качестве Чуда-юда.

Современный отечественный блокбастер обладает целым набором одиозных черт, но самая, пожалуй, неприятная из них, принимающая разнообразные и, как правило, довольно уродливые формы, — ура-патриотизм. Именно он привел создателей приключенческого триллера в формате IMAX 3D к Гоголю. Иного разумного объяснения для использования разрозненных цитат из классика в фильме, более всего напоминающем алкоголический бред, мы не находим.

Быстрый экскурс в историю Хомы Брута, которого сначала укатала, а потом уморила ведьма-панночка, подан в качестве затравки. Сам фильм представляет собой своеобразный сиквел с элементами детектива, в котором и Вия, и панночку, и Хому, а также еще целый ряд персонажей, которым Гоголь в свое время не уделил должного внимания, выводят на чистую воду. Делает это по старой русской традиции предприимчивый и необремененный суевериями иноземец. Смириться с таким панибратством сложно, но можно. Дьявол же, как водится, в деталях.

Создатели «Вия 3D», судя по всему, помимо титульного произведения, ознакомились для расширения кругозора с еще парой-тройкой творений Николая Васильевича и не на шутку прониклись идеей Агафьи Тихоновны приставить губы Никанора Ивановича к носу Ивана Кузьмича. Именно этот принцип принят в качестве художественной основы фильма. А что, подумали продюсеры, если к «Ван Хельсингу» приделать «Сонную лощину», да еще куда-нибудь ввинтить «Пиратов Карибского моря»? Фильмы все достойные, хуже не будет... Получилось, как вы понимаете, — хуже не бывает.

Преследуемый волками — по всем приметам исчадиями ада, эксцентричный англичанин в навороченной карете с пятым колесом на всех парах въезжает в хутор, отделенный от внешнего мира шлагбаумом, и не щадя живота своего приступает к искоренению предрассудков. На пути ему встречаются инфернальные казаки, норовящие обратиться в монстров, маленькие кусачие детеныши Дракулы, малороссийский Кракен Вий, немного похожий на комара, и фанатичный отец Паисий. Спасается немчура, по завету Гоголя, мелом, а в неравной борьбе непонятно с кем использует научные знания и уникальный дар сохранять трезвость рассудка несмотря на количество опрокинутых чарок.

Распитие водочки одного известного бренда, неловко маскирующейся под горилку, вообще проходит через фильм сквозным мотивом. И если присмотреться, то окажется, что именно алкоголь является ключевым двигателем сюжета и единственным разумным объяснением происходящего в некоторых сценах. Так что даже беспардонный плагиат, который в наш век постпостмодернизма скромно именуют цитатами, в крайнем случае — заимствованиями, не самая большая проблема нового «Вия». По-настоящему раздражает непроходящее на протяжении всего просмотра желание поймать кого-нибудь из причастных к созданию этого шедевра, посадить перед экраном и поднять ему уже наконец веки. В кино необходимость сократить метраж ленты до разумных пределов частенько приводит к нарушению причинно-следственных связей, но от склейки эпизодов «Вия» создается ощущение, что монтажеры просто долго и азартно играли в буриме. В результате чего зритель получил уникальную возможность не только бездарно потратить два с половиной часа своей жизни, но и пожертвовать нашему кино небольшую мзду в размере стоимости билета в IMAX на опохмел.