Четыре таксиста и собака 2 (2006)

Смею с преобладанием услышанных мною мнений не согласиться: фильм очень удачный, семейный, воспитывающий хорошие человеческие качества. Пусть наивный, зато добрый, со съемками животных — сейчас такие фильмы снимают мало, а зря. Дети страдают от нехватки доброты и засилия пошлости на экранах. И как результат — в целом общество окажется в большом проигрыше. Не понимают этого сегодняшние власть придержащие.

Отличная идея, приличные актеры, слабая режиссура, очень слабый сценарий, и в результате из «Четырех таксистов и собаки» получилась картина, вполне пригодная для детей младшего и среднего школьного возраста. Старше не надо даже тем, кто очень любит собак.

История щенка таксы, выбракованного из помета и от смерти сбежавшего, куда глаза глядят, согласно названию породы привела его в таксопарк. Там за ним стали приглядывать опытные водилы Виктор Бычков, Анатолий Горячев, Алексей Панин и малоопытная, но лихая Любовь Зайцева. В дальнейших приключениях младшеклассникам будет, конечно, смешно, когда такса загонит кошку под крышу, и та двое суток будет орать, пока служба спасения не разберет стену. Смешно будет, когда в виде ускоренной съемки (единственный правильный режиссерский прием) таксисты будут отчитываться, как попытались взять его домой. У одного он вспахал все грядки на даче, у другого на свиданке с девочкой отгрыз все, что отгрызалось. Смешно, когда таксу пытается пристрелить охранник Федорцов — ну, ясно, что не пристрелит — и когда в ветлечебнице такса сказалась дохлой. Чуть поздней детский лепет начнет перемежаться с испуганными слезами. Таксу погрыз барсук. На операцию лучше не смотреть. Таксу украли и продали. Волнительность нарастала. Кончится все, разумеется, лучше некуда, малышню ничего не испортит.

В знаменателе эта комедия имеет явно «Пес Барбос и необыкновенный кросс», но то была двадцатиминутка, а так даже до детского «101-го далматинца» фильм Федора Попова («Кавказская рулетка») не дотягивает очень здорово. Во-первых, типичная сказка снята не красиво-волшебно, а грубо-жизнеподобно. Но, к примеру, живые таксисты так не разговаривают — без единого матюга, выговаривая все фразы с подлежащими и сказуемыми и вообще реагируя, как уколотые. В час по чайной ложке. Матюги, разумеется, не для детей, но тогда надо было обосновать. Во-вторых, в сказке нет собственно интриги — одной целой, которая бы развивалась с начала до конца. Приключения четырех таксистов и собаки связаны только хроникой. «Прошло полгода». Поселение в таксопарке, хулиганства, история с усыплением, история с похищением — все отдельно и распадается на еще большее «в час по чайной ложке». В-третьих, все эти разрозненные фрагменты сняты с разной степенью условности. То зашкаливающая эксцентрика в изображении злой собачницы и директора-недоумка, то опять же жизнеподобие Бычкова и Горячева. Отдельные реплики, как у Панина: «Я думал, мы с ним пивка попьем, чипсами похрустим», — запоминаются, но вне контекста. Как бы все понапихано, понапихано, лишь бы все время были хоть какие-то эмоции, а никакие эмоциональные механизмы режиссеру неведомы.

Режиссерам, как вывод, совсем нельзя смотреть телесериалы. Не то, что снимать их наряду с кинофильмами, но даже глядя и привыкая, они теряют киношную профессию. Фильм вялый, не потому что денег не хватило и спецэффектов мало (пару «Мерсов» в кадре уделали). Просто сериальная эстетика выкачивает из человека все — задор, изобретательность, здравый смысл — и он в любом возрасте впадает в детство. Это не то же самое, что «будем, как дети», «будем, как солнце», будем «простые, как мычание».