О чем фильм
Сюжет фильма «Два в одном»
Фильм состоит из двух новелл.
Новелла первая. На сцене театра повесился актер. Как-то в этом замешан рабочий сцены. Но тело лицедея в петле — далеко не единственная, да и не самая захватывающая интрига, раздирающая труппу. Настоящая смерть пришла в мир условности, и уже невозможно предположить, куда заведет череда событий. И понять, сколько еще смертей ждет эту труппу. А может быть, среди этих людей и не было живых? Но шоу должно продолжаться — во что бы то ни стало, и оно продолжается.
Новелла вторая. Стареющий ловелас не может смириться с одиночеством. У него есть все, кроме того, в чем он отчаянно нуждается — женщины его жизни. Он готов искать ее до изнеможения. До смерти. Единственная женщина рядом с ним — его дочь, которой приходиться терпеть все издержки такого положения. Не выдерживая напряжения, она приводит в дом свою подругу, простодушную работницу трамвайного депо. Дверь за ними закрывается, и единственный ключ, который позволит им вырваться — это акт любви — или смерти. Но может ли умереть настоящая любовь?
Режиссер
Премьера
27 апреля 2007 (Мир)
Продюсеры
Сценарий
Рецензии и отзывы к фильму
Фильм включает в себя две новеллы. Первая: актер Борисов повесился на бутафорском деревце на сцене. Реквизитор в слезах — Борисов удавился в костюме герцога. Милиция, вызванная сорок минут назад, все не едет. Кто-то рокочет: «Я как бригадир считаю, что отменять спектакль не будем — все билеты проданы!». И вот начинается спектакль.
Новелла вторая: пожилой зажиточный эротоман Андрей Андреевич (Богдан Ступка, дерзко заголяющий зад) запирает в квартире дочь (Наталья Бузько, с помощью Ступки обнажающая перед) и ее молодую подругу (Рената Литвинова, одета). «Значит так, — говорит герой. — Отсюда никто не выйдет, пока я не кончу».
Кире Георгиевне Муратовой, когда-то запрещенному и непонятому советскому, а теперь признанному украинскому режиссеру, через месяц исполнится 73. Снимать в этом возрасте — подвиг. Снимать картины связные, гулкие, мастерски сконструированные (два разных сценария она как бы играет на одной сцене), — подвиг вдвойне. При этом Муратова транслирует эмоции не просто сильные, а физиологически неприятные, их не каждый захочет испытать.
«Два в одном» — это два доклада на тему «дрянь-человек». В кадре ни одного приятного или хотя бы достойного сочувствия лица, зато хватает черствых, злых, пустых, вороватых, алчных, подлых тварей. От катавасии вокруг трупа (лежит тело, никому нет дела) появляется ком в горле, потом тремор в груди, дальше хочется сорваться на визг: «Остановите пленку, я выйду!». Такого накала Муратова добивается авторскими приемами, которые ее зрителю давно знакомы. Актеры вычурны и неестественны, они смотрят куда-то влево и вверх, реплики произносят нараспев, иногда повторяя одну фразу по два-три раза, словно игла заедает на пластинке.
«Зачем, скажите, показывать всяческую ущербность, тенденциозно выпячивать теневые стороны?», — интересовался в 1971 году секретарь Одесского обкома компартии Украины Чередниченко, громя в докладе муратовские «Долгие проводы». Этот вопрос — уже чисто риторический — хочется задать режиссеру и сейчас.
