Черная орхидея (2006)

Мета-нуар с самыми жесткими атрибутами жанра.

Младший офицер Баки Блейчер (Джош Хартнетт) со своим другом лейтенантом Ли Бланшаром (Аарон Экхарт) вместе служат в полиции Лос-Анджелеса, тренируются в спортзале, наблюдают за драками в порту и любят одну и ту же девушку Кейт (Скарлетт Йоханссон) — пышную блондинку с вырезанными на заднице таинственными инициалами B.D. Вообще-то Кейт живет с лейтенантом, но с интересом заглядывается и на Баки. Ли начинает что-то подозревать и во время товарищеского боксерского матча вышибает другу передние зубы. Но зубы, шлепнувшиеся на судейский журнал, — еще не самый изощренный кадр этого фильма. Впереди нас ждут человек без лица, 50-летняя дама с улыбкой Джокера и манерами кинокритикессы, садомазо-модель, хрипло произносящая монолог Скарлетт О’ Хары, она же — но мертвая, выпотрошенная и обезображенная на манер Гуинплена, и антикварный дилдо с, простите за повтор, зубами.

Этот волнующий экскурс в сумеречную зону снят по одноименному «крутому детективу» Джеймса Эллроя («Секреты Лос-Анджелеса») и, как действительно круто завинченный палп-фикшн, посвящен не только конфликту между долгом и чувством, но и тем самым секретам Лос-Анджелеса. В первую очередь — популярному городскому мифу о брюнетке Элизабет Шорт, чье художественно изрубленное тело было найдено в январе 1947 года на какой-то стройплощадке. Собственно, дело Шорт и будут расследовать Ли и Баки — доходя в своих исканиях до самого дна.

Если «Черный Георгин» Эллроям — это «нуар», то «Черная Орхидея» — это, конечно, мета-нуар. Не потому, что здесь как-то особенно дождливо и пасмурно, но потому, что в свое кино Де Пальма гостеприимно впустил то, что оставалось за кадром в «черных фильмах»: мир любительских bondage-роликов, журнала Bizarre и патологии такого накала, что в ее отблесках психи Хичкока кажутся веселыми оригиналами. Под стать мрачной, выцветшей якобы от времени картинке — и вырубленные из кремня диалоги, и актеры, яростно противостоящие системе Станиславского. В Штатах Хартнетта и Йоханссон журят за «схематичную и поверхностную» игру, нерешаясь сказать, что оба они попросту выглядят как гениальные шаржи на самих себя. А добавьте сюда еще обилие персонажей, числом равных патронам в магазине «Томпсона». По нашим хилым на выдумку временам «Орхидея» отдает настоящей дичью, гангстерским фантазмом вроде предсмертного бреда знаменитого «Голландца» Шульца: «Ни дел, ни тусовки, ни друзей, ничего. Только то, что подрезал, только то, что необходимо...» Это не вполне внятно, зато как мрачно, как круто!