Нефть (2007)

Потрясающая кинематографическая конструкция совершенная во всём. 10/10. Главный герой получился настолько противоречивым, что к концу фильма стёр все догадки зрителя о том, кто есть кто. Неясно, когда Плейнвью говорит правду, а когда врёт в гневном порыве. Всё сделано гениально. Получил огромное удовольствие от просмотра, т.к. не было ничего, что бы раздражало. Наоборот, всё было идеально.

В конце XIX века золотодобытчик-одиночка Дэниел Плейнвью решает приступить к разработке нефтяных месторождений. Последовав совету одного юноши, который сообщил координаты крупных залежей, Плейнвью покупает внушительный участок земли, где начинает добычу черного золота. На купленном Дэниелом ранчо живёт молодой проповедник Элай, просящий у нового покровителя деньги на церковь Третьего Откровения. Понимая, что отказ может негативно отразиться на отношениях с рабочими, Плейнвью отчисляет требующиеся суммы, а когда это необходимо, сам посещает мессы. Но всё это лишь спектакль, разыгрываемый перед сердобольными евангелистами и фанатиком Элаем. Плейнвью не верит ни в Бога, ни в Дьявола, он верит только в экономическую прибыль, приносимую маслянистой жижей, текущей по кровеносным сосудам Земли.

Писать о фильмах подобных «Нефти» всегда невероятно сложно: любое рассуждение грозит обернуться клишированной банальностью, бледной тенью увиденного на экране. Как правило, проблемы с пострефлексией возникают после просмотра безусловных кинематографических удач и очевидных провалов. О первых хочется сказать слишком много, о последних — ничего. Но если критический инструментарий ещё как-то позволяет совладать с мертворожденными проектами голливудского и отечественного производства, то разбор картин, явно претендующих на звание шедевра (в изначальном смысле этого слова), чаще всего терпит закономерное фиаско, как и любая другая попытка проговорить непроговариваемое. «Нефть» Пола Томаса Андерсона (далее — ПТА) способна наградить каждого вдумчивого зрителя и загадать множество ребусов критику.

Назвать ПТА одним из немногих киновундеркиндов США было бы непростительной ошибкой. Именно «Нефть» явственно даёт понять, что 37-летний режиссёр уже перерос этот уважительно-почтительный ярлык, по праву заняв место среди режиссёров-тяжеловесов (Скорсезе, Де Пальма, Аллен, Малик, Линч). Когда речь идёт о таланте с большой буквы, возраст не имеет ровным счётом никакого значения. Любопытно другое, каждый новый фильм ПТА значительно расширяет его киновселенную, созданную предыдущими работами. Но при всей содержательно-формальной эклектике «Ночей в стиле буги», «Магнолии», «Любви, сбивающей с ног» и «Нефти», картин очень разных, с ярко выраженной индивидуальностью, за кадром, а точнее — внутри, в глубине кадра, ощущается присутствие демиурга, затеявшего всю эту визуальную карусель. Новый фильм — новый подход, тема, проблема, история.

Рассуждать об очевиднейших достоинствах «Нефти», вроде выдающейся актёрской работы Дэй-Льюиса, — занятие благородное, но пустое, всё очевидно без слов. Как и то, что среди многочисленных однофамильцев (тут и Уэс, и Брэд, и прости-господи Пол У.С.) Пол Томас выглядит (и является) примером для подражания, образцом, до которого всем вместе взятым андерсонам, похоже, не добраться. Оно и к лучшему. Когда человек работает на историю американского кино начала XXI века ему лучше не мешать.